Смысловая и композиционная целостность текста

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Всеволод Михайлович Муравьёв был дальним родственником мамы рассказчика.

2. Тётя рассказчика не ожидала, что родные мужа откажут ей в ночлеге.

3. В комнате, предоставленной Всеволодом Михайловичем, семья рассказчика прожила только один год.

4. Всеволод Михайлович по собственной инициативе посещал курсы военной подготовки, на которых очень уставал.

5. Отец рассказчика в то время, как они жили в эвакуации, был на фронте.

(1) Положение у нас было неплохое — для того страшного лета сорок первого года. (2) Нас вывезли из Витебска и переправили в Смоленск, там погрузили на открытые платформы и с тысячами других беженцев повезли на восток.

(3) Через две недели наше семейство высадилось в Куйбышеве. (4) По пыльным улицам, булыжнику и раскалённому асфальту мы еле дотащились до зелёного дворика, внутри которого притаился двухэтажный дом. (5) Хотелось пить, хотелось в тень. (6) Мы устали, и за две недели нас и пропылило, и пропесочило, и проуглило, ведь всю гарь и несгоревший уголь от паровоза валило на нас. (7) А в глубине двора под деревьями и кустами таилась прекрасная, прохладная чащоба для игр. (8) Две мои сестры смотрели туда же, их одолевали те же чувства. (9) А брат был слишком мал, чтобы присоединиться к нам. (10) Он беспокойно таращился на дверь дома, за которой исчезла его мать, моя тётка.

(11) И вот наконец показалась тётушка. (12) Она медленно прошла к лавочке, которую заняла наша изнурённая команда, и опустилась рядом с моей матерью. (13) Слишком растерянным, каким-то перевёрнутым было её лицо.

— (14) Не пускают? — упавшим голосом спросила мама.

— (15) Ты скажи, мы только на одну ночь, мы подыщем жильё…

— (16) Я говорила.

— (17) У нас ведь дети.

— (18) Я говорила, — сказала тётушка и заплакала.

(19) Она была ошеломлена. (20) Это она уговорила сестру не ехать далеко на Урал, а высадиться поближе: как-никак в Куйбышеве родные, брат мужа с семьёй, уж на первое-то время приютят, да и вообще лучше остановиться в городе, где есть родственники.

(21) За то время, что мы топали пешком и ехали на восток, я как-то ни разу не тревожился о ночлеге. (22) Где-нибудь и как-нибудь переночуем! (23) Мы ночевали даже на кафельном полу какой-то железнодорожной станции. (24) Я заснул тогда мгновенно, а проснулся оттого, что из-под меня рванули этот кафель: немцы на заре бомбили станцию.

(25) Там, под Витебском и Смоленском, мы уходили от этих взрывов, от чёрных стервятников с крестами на крыльях, уходили в толпах таких же беженцев, что и мы. (26) Уходили от воя самолётов и выстрелов, от смрада горящих цистерн, от разбитых домов и срезанных осколками деревьев. (27) А здесь была тишина, мирные улицы и дома, такие же, как мы оставили там, в своём родном городе, за чертой смерти. (28) Но всё это спасение, вся эта благодать оказались для нас недоступны.

(29) Брат на руках тётушки жалобно заплакал: он хотел пить. (30) И в этот отчаянный момент из дверей дома вышел человек. (31) У человека были карие глаза и застенчивая улыбка.

— (32) Может быть, вы согласитесь пойти ко мне? — спросил он не очень уверенно.— (33) Это недалеко, мы через дворы пройдём. (34) Комнатка, правда, у меня не ахти, да я живу один, не помешаю. (35) Помоетесь, отдохнёте с дороги. (36) Ну, как? (37) Пойдёмте?

(38) Всеволод Михайлович — так звали человека — привёл нас в свою комнату, показал, где что, и быстренько ушёл, сославшись на дела, а мы остались в доме, где суждено было нам провести четыре военных года.

(39) Дядя Сева сразу решил главные наши проблемы. (40) Свою комнату он предоставил нам в полное наше распоряжение. (41) Уходил рано утром, приходил поздно, осторожно стучал и пристраивался с книгой на стуле возле двери. (42) А размещались мы в его восьмиметровой комнате на ночь так: четверо на диване — поперёк, с поставленными для ног стульями, двое у окна — на диванных подушках, половиках и одеяле, и хозяин — на матрасе у дверей. комнате на ночь так: четверо на диване — поперёк, с поставленными для ног стульями, двое у окна — на диванных подушках, половиках и одеяле, и хозяин — на матрасе у дверей.

(43) С дядей Севой мы прожили до лета 1942 года. (44) Всё это время он ходил на работу в свою газету — он был журналистом, а свободные часы проводил на военной подготовке. (45) Он был сугубо штатским, мирным человеком, уже не очень молодым, с какой-то застарелой хворью. (46) Военная подготовка давалась ему нелегко, и он с юмором рассказывал вечером у кухонного стола, как нынче швырял гранату (да не дошвырнул) или как полз по-пластунски под колючей проволокой (и порвал пальто). (47) Это было не очень смешно, потому что приходил он с этих занятий до предела вымотанный, съедал свой ужин и сразу засыпал.

(48) То ли из-за своего здоровья, то ли из-за работы дядя Сева имел бронь. (49) И вот эта бронь, ради которой некоторые шли на всё, была самой главной отравой его жизни. (50) Он рвался на фронт, а его не пускали. (51) Он писал заявления и в военкомат, и своему начальству, а ему отказывали. (52) Но, несмотря ни на что, дядя Сева всю осень, зиму и весну ходил на военную подготовку, чтобы иметь, как он говорил, главный козырь.

— (53) Ничего, — посмеивался дядя Сева, — скоро я буду настоящим пехотинцем. (54) Тяжело в ученье — легко в бою. (55) Верно? (56) Кто это сказал?

(57) Он всегда обращался ко мне, а я с удовольствием ему отвечал, если, разумеется, знал ответ. (58) И я знал, что, когда бы он ни пришёл, для меня непременно будет интересный разговор: о самолётах, партизанах или, чаще всего, о военных действиях на фронте. (59) Уж дядя-то Сева разбирался в этом лучше всех наших знакомых. (60) И сведения у него были самые горячие, из редакции, те, что только наутро появлялись в газетах.

(61) Я читал ему письма отца. (62) Каждый раз, приходя с работы, дядя Сева спрашивал, нет ли писем от отца. (63) Свежее письмо мы ещё раз читали вслух. (64) Это совместное чтение сближало нас ещё больше. (65) Ближе дяди Севы не было для меня человека в Куйбышеве. (66) Кроме, разумеется, мамы и родной сестры.

(67) Это было в 1942 году. (68) И в этом же году, летом, дядя Сева пришёл однажды домой днём, в неурочное время, возбуждённый и широко улыбающийся.

— (69) Ну вот, дорогие мои, — громко сказал он, — можете меня поздравить. (70) Я ухожу на фронт.

(71) Он посмотрел на меня, и у меня задрожали губы. (72) Дядя Сева, перестав улыбаться, сказал другим, усталым голосом:

— Не могу я сидеть в редакции, когда немец лезет к Волге.

(73) Я запомнил и этот глухой, усталый голос, и эти слова, и его лицо, с крупными, мягкими и добрыми чертами, которые в этот момент стали чужими, неласковыми.

(74) Через два месяца на мамино имя прислали извещение. (75) В нём было написано, что Всеволод Михайлович Муравьёв, проявив мужество и героизм, верный военной присяге, пал смертью храбрых в борьбе за Советскую Родину.

(76) Его убило в первой же атаке, на подступах к Сталинграду, куда был брошен его пехотный полк.

(По И. Ф. Смольникову*)

*Игорь Фёдорович Смольников (род. в 1930 г.) — писатель, автор более двадцати книг, а также очерков и статей, посвящённых преимущественно литературе и изобразительному искусству.

Какие из высказываний не соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Пятеро мальчиков подарили цветы незнакомому человеку за прекрасное исполнение песен.

2. Илларион Певцов был тяжёлым заикой, но сила воли и страсть к искусству помогли ему стать замечательным актёром.

3. Люди насмехались над заикающимся юношей, считали его полоумным.

4. Иногда у Иллариона Певцова бывали срывы, но он не отчаивался.

5. Певцов был высокомерным человеком и с негодованием отверг подаренные ему букеты из осенних листьев.

(1)В один прекрасный день мы – пять девочек – карабкаемся на Замковую гору. (2)В руках у нас большие пёстрые букеты разноцветных опавших листьев – больше всего кленовых.

(3)Вдруг из-за обломков стены слышен мужской голос, глубокий, странно-певучий, полный страстного чувства.

(4)Мы словно окаменели. (5)Нас захватило дыхание большой любви, о которой почти поёт голос за стеной, читающий письмо Евгения Онегина.

(6)Только мы двинулись – из-за стены опять раздаётся тот же голос. (7)Теперь он читает – я узнаю с первых слов – монолог Чацкого из «Горя от ума». (8)Он читает всё так же певуче – ну совсем поёт! – но с гневом, с яростью оскорблённого чувства…

(9)Не сговариваясь, мы выбегаем из-за стены: мы хотим увидеть того, кто прочитал, почти пропел нам эти отрывки из Пушкина и Грибоедова.

(10)Мы выбежали – смотрим во все глаза: никого! (11)Ни Онегина, ни Чацкого… (12)Нет, впрочем, какой-то человек очень робко и застенчиво жмётся к тому обломку стены, из-за которой мы только что слушали чудный голос. (13)Это юноша лет шестнадцати – семнадцати, на нём старенькая, поношенная ученическая шинель, только пуговицы уже не форменные – значит, бывший ученик.

(14)Мы идём к нему, всё еще заворожённые тем, что слышали; нам не верится, что невидимый чтец – этот нескладный парень в обшарпанной бывшей ученической шинели. (15)Но он смотрит на нас – у него прекрасные глаза, необычно удлинённые к вискам, с глубоким, умным взглядом, – и мы понимаем: да, это он сейчас читал!

(16)Мы протягиваем ему свои пёстрые осенние букеты из листьев всех расцветок.

(17)Юноша очень смущён.

– (18)В-в-вы эт-то м-м-мне? (19)Ч-ч-что вы? (20)З-за что?

(21)Очень странно слышать: тот же голос – и так сильно заикается!

– (22)Нет, нет, пожалуйста, возьмите! – просим мы его хором.

(23)Юноша застенчиво пожимает плечами. (24)Потом берёт наш букет и улыбается нам хорошей, дружелюбной улыбкой:

– С-с-п-п-пасибо!

(25)И, неловко поклонившись, он быстро уходит, прижимая к груди наши смешные букеты из листьев. (26)Вот его шинель мелькнула в густой щётке кустов калины, вот он уже спускается с горы – исчез из виду.

(27)Теперь я знаю: юноша в затасканной ученической шинели был Илларион Певцов. (28)Он был тяжёлый и, как все считали, неизлечимый заика. (29)А он мечтал стать актёром! (30)И у него в самом деле был талант! (31)Он уходил за город, в лес, взбирался на горы; там он декламировал, читал монологи, отрывки из пьес. (32)Над ним насмехались, считали его полоумным. (33)Но он превозмог непреодолимое, он сделал невозможное: через пятнадцать – двадцать лет после этой нашей встречи с ним на Замковой горе он стал одним из самых замечательных русских актёров. (34)Бывали и у него срывы, полосы, когда он не мог играть, потому что лишался силы управлять своей речью и побеждать её недостаток. (35)И всё же он не отчаивался, у него не опускались руки!

(36)Когда я думаю о людях сильной воли, сильной страсти к искусству, я всегда вспоминаю его – чудесного актёра Иллариона Певцова. (37)И мне приятно думать, что наши смешные попугайно-пёстрые букеты из осенних листьев были, может статься, первыми цветами, поднесёнными ему на трудном, но победном пути.

(По А.Я. Бруштейн*)

• Александра Яковлевна Бруштейн – советский писатель, драматург, общественный деятель.

(1)Он упал на заборонованную мякоть огородной земли, не добежав всего каких-нибудь десяти шагов до иссечённого осколками белого домика с разрушенной черепичной крышей — вчерашнего «ориентира три».

(2)Перед тем он, разорвав гимнастёрку, пробрался сквозь чащу живой изгороди, в которой с самого начала этого погожего апрельского утра гудели, летали пчёлы, и, окинув быстрым взглядом редкую цепочку людей, бежавших к окраинным домикам, замахал руками и сквозь выстрелы крикнул:

— Принять влево, на кирху!

(3)Потом пригнулся, боднул воздух головой и, выронив пистолет, уткнулся лицом в тёплую мякоть земли.

(4)Сержант Лемешенко в это время, размахивая автоматом, устало трусил вдоль колючей, аккуратно постриженной зелёной стены ограды и едва не наскочил на своего распростёртого взводного. (5)Сперва он удивился, что тот так некстати споткнулся, потом ему всё стало ясно. (6)Лейтенант навсегда застыл, прильнув русоволосой головой к рыхлой земле, поджав под себя левую ногу, вытянув правую, и несколько потревоженных пчёл суетились над его неподвижной пропотевшей спиной...

(7)Лемешенко вбежал в довольно широкий заасфальтированный двор, на котором разместилось какое-то низкое строение, видно гараж. (8)Вслед за сержантом вбежали сюда его подчинённые: Ахметов, Натужный, Тарасов, последним трусил Бабич.

— (9)Лейтенанта убило! — крикнул им сержант, высматривая проход.

(10)В это время откуда-то сверху и близко прогрохотала очередь, и пули оставили на асфальте россыпь свежих следов.

(11)Пулемёты били по стене, по шиферной крыше гаража, бойцы распластались под деревьями на травке и отвечали короткими очередями. (12)Натужный выпустил с полдиска и утих: стрелять было некуда, немцы спрятались возле церкви, и их огонь с каждой минутой усиливался.

(13)Ахметов, лёжа рядом, только сопел, зло раздувая тонкие ноздри и поглядывая на сержанта. (14)«Ну а что дальше?» — спрашивал этот взгляд, и Лемешенко знал, что и другие тоже поглядывали на него, ждали команды, но скомандовать что-либо было не так-то просто.

— (15)А Бабич где?

(16)Сержант хотел было приказать кому-нибудь посмотреть, что случилось с этим увальнем, но в это время слева замелькали фигуры автоматчиков их взвода: они высыпали откуда-то довольно густо и дружно ударили из автоматов по площади. (17)Лемешенко не подумал даже, а скорее почувствовал, что время двигаться дальше, в сторону церкви, и, махнув рукой, чтобы обратить внимание на тех, кто был слева, рванулся вперёд. (18)Через несколько шагов он упал под вязом, дал две короткие очереди, кто-то глухо шмякнулся рядом, сержант не увидел кто, но почувствовал, что это Натужный. (19)Слева не утихали очереди — это продвигались в глубь парка его автоматчики.

(20)«Быстрее, быстрее», — в такт сердцу стучала в голове мысль. (21)Не дать опомниться, нажать, иначе, если немцы успеют осмотреться и увидят, что автоматчиков мало, тогда будет плохо, тогда они здесь завязнут...

(22)Пробежав ещё несколько шагов, он упал на старательно подметённую, пропахшую сыростью землю; вязы уже остались сзади, рядом скромно желтели первые весенние цветы. (23)Парк окончился, дальше, за зелёной проволочной сеткой, раскинулась блестящая от солнца площадь, вымощенная мелкими квадратами сизой брусчатки.

(24)В конце площади, возле церкви, суетились несколько немцев в касках.

(25)«Где же Бабич?» — почему-то назойливо сверлила мысль, хотя теперь его охватило ещё большее беспокойство: надо было как-то атаковать церковь, пробежав через площадь, а это дело казалось ему нелёгким.

(26)Автоматчики, не очень слаженно стреляя, выбегали из-за деревьев и залегали под оградой. (27)Далыше бежать было невозможно, и сержанта очень беспокоило, как выбраться из этого опутанного проволокой парка. (28)Наконец его будто осенило, он выхватил из кармана гранату и повернулся, чтобы крикнуть остальным. (29)Но что кричать в этом грохоте! (30)Единственно возможной командой тут был собственный пример — надёжный командирский приказ: делай как я. (31)Лемешенко вырвал из запала чеку и бросил гранату под сетку ограды.

(32)Дыра получилась небольшая и неровная. (33)Разорвав на плече гимнастёрку, сержант протиснулся сквозь сетку, оглянулся — следом, пригнувшись, бежал Ахметов, вскакивал с пулемётом Натужный, рядом прогремели ещё разрывы гранат. (34)Тогда он, уже не останавливаясь, изо всех сил рванулся вперёд, отчаянно стуча резиновыми подошвами по скользкой брусчатке площади.

(35)И вдруг случилось что-то непонятное. (36)Площадь покачнулась, одним краем вздыбилась куда-то вверх и больно ударила его в бок и лицо. (37)Он почувствовал, как коротко и звонко брякнули о твёрдые камни его медали, близко, возле самого лица брызнули и застыли в пыли капли чьей-то крови.

(38)Потом он повернулся на бок, всем телом чувствуя неподатливую жёсткость камней, откуда-то из синего неба взглянули в его лицо испуганные глаза Ахметова, но сразу же исчезли. (39)Ещё какое-то время сквозь гул стрельбы он чувствовал рядом сдавленное дыхание, гулкий топот ног, а потом всё это поплыло дальше, к церкви, где, не утихая, гремели выстрелы.

(40)«Где Бабич?» — снова вспыхнула забытая мысль, и беспокойство за судьбу взвода заставило его напрячься, пошевелиться. (41)Он понимал, что с ним самим случилось что-то плохое, но боли не чувствовал, только усталость сковала тело да туман застлал глаза, не давая видеть, удалась ли атака, вырвался ли из парка взвод.

(42)После короткого провала в сознании он снова пришёл в себя и увидел небо, которое почему-то лежало внизу, словно отражалось в огромном озере, а сверху на его спину навалилась площадь с редкими телами прилипших к ней бойцов.

(43)Он повернулся, пытаясь увидеть кого-нибудь живого, — площадь и небо качались, а когда остановились, он узнал церковь, недавно атакованную без него. (44)Теперь там уже не было слышно выстрелов, но из ворот почему-то выбегали автоматчики и бежали за угол. (45)3акинув голову, сержант всматривался, стараясь увидеть Натужного или Ахметова, но их не было. (46)3ато он увидел увальня Бабича и бежавшего впереди всех новичка Тарасова. (47)Пригнувшись, этот молодой боец ловко перебегал улицу, затем остановился, решительно замахал кому-то и исчез, маленький и тщедушный рядом с высоченным зданием кирки. (48)3а ним побежали бойцы, и площадь опустела.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Летним днём взвод, состоявший из четырёх человек, атаковал спрятавшихся в церкви немцев.

2. С лейтенантом произошёл несчастный случай: пробираясь сквозь изгородь во время атаки, он некстати споткнулся и упал на землю.

3. Выхватив из кармана гранату, Лемешенко крикнул своим подчинённым: «Делай как я».

4. Получившего ранение сержанта Лемешенко сменил молодой боец Тарасов, бежавший впереди всех.

5. Лемешенко, понимая, что с ним случилось что-то плохое, беспокоился о судьбе взвода.

(1)Под музыкой мы подразумеваем пение и игру на музыкальных инструментах. (2)Последнее есть только копировка, расширение и дополнение пения, и потому вопрос сводится к происхождению одного пения.

(3)Человек наследовал свои качества от предков, то есть от животных. (4)Пение — от певчих птиц, членораздельную речь — от попугаев и ворон, руки — от обезьян, ум — от слона и собаки, строительное искусство — от строителей гнёзд и нор, танцы — от глухарей и других птиц, коварство и жестокость — от хищных зверей, общественную любовь — от стадных животных, семейную — от целомудренных и заботливых птиц, любовь к украшениям, вещам, золоту и вообще красивому — от сорок и подобных птиц, делающих шалаши и украшающих их при брачных торжествах. (5)Экономность, предусмотрительность — от зимующих и запасливых животных и т. д.

(6)Кто склонен к пению, тот заметил, что разные чувства возбуждают разные музыкальные фразы. (7)Сколько чувств, столько и этих фраз. (8)Каждому чувству соответствует определённое сочетание звуков различной высоты. (9)Отчаяние, радость, любовь множества видов, безнадёжность, торжество в любви и в победе, удачи, неудачи, природа, её красоты и т. д. — всё это служит причиной пения с конкретной физиономией, или характером.

(10)Сколько же этих сочетаний звуков? (11)Положим, их 100. (12)Каждое из них рождается от одного и того же чувства.

(13)Наоборот, музыкальная фраза возбуждает одно определённое чувство. (14)Иногда неприятное, но большей частью приятное.

(15)Нагревание или охлаждение спая двух тел сопровождается электрическим током, и, напротив, ток возбуждает нагревание или охлаждение спая. (16)В науке мы на каждом шагу видим, что причина возбуждает следствие и обратно: следствие возбуждает причину. (17)Например, электрический ток рождает работу, но и работа рождает ток. (18)Точно так же пение возбуждает определённое чувство — и наоборот. (19)Вот почему эти сочетания звуков могут заставить людей плакать, стонать, смеяться, блаженствовать, гордиться, храбриться, впадать в отчаяние, любить и т. д.

(20)Музыкант или певец играет на человеческих чувствах, как хочет. (21)Чтение литературных произведений или рассказы людей также могут возбудить известные чувства и склонность к произведению музыкальных фраз.

(22)Это забытый язык. (23)Ему научаются, слушая музыку или пение. (24)Но он может возникнуть и самостоятельно, хотя не всегда и с некоторой трудностью и ограниченностью. (25)Человек, никогда не слыхавший музыки и пения, всё-таки может запеть под влиянием ощущений. (26)Так, не обучающийся наукам и искусствам всё-таки может проявить их в некоторой степени.

(27)Сократ говорил, что знание есть воспоминание ранее известного. (28)Отчасти это так. (29)Под влиянием различного чтения, речей или других внешних воздействий переменяются ощущения, мысли человека. (30)Изменяются и музыкальные фразы. (31)Человек поёт или играет сообразно действию внешнего или внутреннего мира. (32)Тогда получается сложная музыка, вызываемая сумбуром чувств.

(33)И наоборот, музыка служит причиной различных ощущений. (34)Впрочем, способность воспринимать и воспроизводить музыку крайне разнообразна, от нуля до степени болезненности. (35)Иные к музыке относятся как к шуму, но большинство как будто её действию подвергаются. (36)Однако и при одних чувствах музыкальные фразы у разных людей различны и число их или богатство разнообразно. (37)Иной народ имеет немного музыкальных фраз, другой много. (38)Так же влияет и возраст. (39)Дети поначалу не понимают музыки. (40)Обыкновенно сначала выучиваются говорить, а потом уже возникает чувствительность к музыке.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Автор текста полностью согласен с точкой зрения Сократа, что знание есть воспоминание ранее известного.

2. Игра на музыкальных инструментах представляет собой только копировку, расширение и дополнение пения.

3. Музыкант или певец может заставить людей проявлять те или иные чувства.

4. Сочетание звуков разной высоты находится в соответствии с определёнными чувствами.

5. Пение у человека не может возникнуть самостоятельно, пению нужно специально учиться.

— (1)Что же касается меня, господа, то я всегда с восторгом встречаю оправдательные приговоры, — сказал Михаил Карлович, садовник графа N. — (2)Я не боюсь за нравственность и за справедливость, когда говорят «невиновен», а, напротив, чувствую удовольствие. (3)Даже когда моя совесть говорит мне, что, оправдав преступника, присяжные сделали ошибку, то и тогда я торжествую. (4)Судите сами, господа: если судьи и присяжные более верят человеку, чем уликам, вещественным доказательствам и речам, то разве эта вера в человека сама по себе не выше всяких житейских соображений?

— (5)Мысль хорошая, — сказал я.

— (6)Но это не новая мысль. (7)Помнится, когда-то очень давно я слышал даже легенду на эту тему, — сказал садовник и улыбнулся. — (8)Мне рассказывала её моя покойная бабушка.

(9)Мы попросили его рассказать эту легенду.

— (10)В одном маленьком городке, — начал он, — поселился пожилой, одинокий и некрасивый господин по фамилии Томсон или Вильсон, — ну это всё равно. (11)Дело не в фамилии. (12)Профессия у него была благородная: он лечил людей. (13)Жители города были очень рады, что Бог наконец послал им человека, умеющего лечить болезни, и гордились, что в их городе живёт такой замечательный человек. (14)«Он знает всё», — говорили про него.

(15)Но этого было недостаточно. (16)Надо было ещё говорить: «Он любит всех!» (17)В груди этого учёного человека билось чудное, ангельское сердце. (18)Ведь жители города были для него чужие, не родные, но он любил их, как детей, и не жалел для них своей жизни. (19)У него самого была чахотка, он кашлял, но, когда его звали к больному, забывал про свою болезнь, не щадил себя и, задыхаясь, взбирался на горы, как бы высоки они ни были. (20)Он пренебрегал зноем и холодом, презирал голод и жажду. (21)Денег он не брал, и, странное дело, когда умирал пациент, то доктор шёл вместе с родственниками за гробом и плакал.

(22)Признательность жителей не имела границ. (23)В городке и его окрестностях не было человека, который позволил бы себе не только сделать ему что-нибудь неприятное, но даже подумать об этом.

(24)И вот этот человек, который, казалось, своею святостью оградил себя от всего злого, доброжелателями которого считались даже разбойники и бешеные, однажды был найден в овраге убитым. (25)Можете же представить себе теперь ту скорбь, какая овладела жителями города и окрестностей. (26)Все в отчаянии, не веря своим глазам, спрашивали себя: кто мог убить этого человека? (27)Судьи, которые проводили следствие, сказали так: «Здесь мы имеем все признаки убийства, но так как нет на свете такого человека, который мог бы убить нашего доктора, то, очевидно, убийства тут нет и совокупность признаков является только простою случайностью. (28)Нужно предположить, что доктор в потёмках сам упал в овраг и ушибся до смерти».

(29)Но вдруг, можете себе представить, случай наводит на убийцу. (30)Увидели, как один шалопай, уже много раз судимый, пропивал в кабаке табакерку и часы, принадлежавшие доктору. (31)Когда стали его уличать, он смутился и сказал какую-то очевидную ложь. (32)Сделали у него обыск и нашли рубаху с окровавленными рукавами и докторский ланцет в золотой оправе. (33)Каких же ещё нужно улик? (34)3лодея посадили в тюрьму. (35)Жители возмущались и в то же время говорили:

— Невероятно! (36)Не может быть! (37)Смотрите, как бы не вышло ошибки; ведь случается, что улики говорят неправду!

(38)На суде убийца упорно отрицал свою вину. (39)Всё говорило против него, и убедиться в его виновности было так же нетрудно, как в том, что земля чёрная, но судьи точно с ума сошли: они по десяти раз взвешивали каждую улику, недоверчиво посматривали на свидетелей, краснели, пили воду...

— (40)Обвиняемый! — наконец обратился главный судья к убийце. — (41)Суд признал тебя виновным в убийстве доктора такого-то и приговорил тебя к...

(42)Главный судья хотел сказать: «к смертной казни», но выронил из рук бумагу, на которой был написан приговор, вытер холодный пот и закричал:

— Нет! (43)Если я неправильно сужу, то пусть меня накажет Бог, но, клянусь, подсудимый не виноват! (44)Я не допускаю мысли, что мог найтись такой человек, который осмелился бы убить нашего доктора! (45)Человек не способен пасть так низко!

— (46)Да, нет такого человека, — согласились прочие судьи.

— (47)Нет! — откликнулась толпа. — (48)Отпустите его!

(49)Убийцу отпустили на все четыре стороны, и ни одна душа не упрекнула судей в несправедливости. (50)Пусть оправдательный приговор принесёт жителям городка вред, но зато, посудите, какое благотворное влияние имела на них эта вера в человека, вера, которая ведь не остаётся мёртвой: она воспитывает в нас великодушные чувства и всегда побуждает любить и уважать каждого человека. (51)Каждого!

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Горожане не были рады появлению в их городе пожилого, одинокого и некрасивого господина по фамилии Томсон.

2. Признательность жителей доктору с ангельским сердцем не имела границ — никто даже подумать не мог о том, чтобы сделать ему что-нибудь неприятное.

3. Судьи не поверили словам обвиняемого о том, что доктор в потёмках сам упал в овраг и умер от полученных ушибов.

4. Подсудимый не признавал своей вины, даже несмотря на то что все улики указывали на него.

5. Вера в человека имела благотворное влияние на всех жителей города, кроме главного судьи, который, вынося обвинительный приговор подсудимому, остался непреклонным.