Смысловая и композиционная целостность текста

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Жизненный экзамен пересдать невозможно.

2)Принимая решение, чаще всего нельзя провести точный расчёт его последствий.

1. Человек не может переложить ответственность за своё решение на другого.

2. Чтобы научиться правильно сдавать жизненные экзамены, нужно сначала научиться сдавать экзамены школьные.

3. Ответственные решения целесообразно принимать, опираясь на результаты голосования.

(1) Между экзаменами в школе и жизненным экзаменом существует огромная разница. (2) В школе ученики сдают экзамен, в случае неудачи иногда пересдают. (3) Жизненные экзамены — это поступки, их не сдают, а совершают, и в случае неудачи иногда серьёзно расплачиваются. (4) «Перепоступить» невозможно — возможно только решиться на новый поступок в уже изменившейся ситуации.

(5) На школьном экзамене в интонации ответа ученика, а иногда и в самой формулировке ответа звучит оттенок неуверенности: «скорее всего», «мне кажется», «я думаю». (6) При оценке ученика традиционно учитывается лишь совпадение его ответа с правильным, степень уверенности ученика в правильности его ответа учитывается очень мало. (7) В жизни же надо не просто высказаться о возможных действиях — нужно решиться на их выполнение, на поступок.

(8) Если прогноз последствий однозначен, то выбор действий не представляет трудностей, а просто требует точного расчёта. (9) Но в жизни прогноз будущего, включающего и результаты собственных действий, чаще всего носит вероятностный характер. (10) И вот, имея лишь вероятностный прогноз будущего, человек должен решиться на вполне определённое действие. (11) И чем неопределённее прогноз результата, тем труднее становится решиться на определённые действия, на определённый поступок.

(12) Каждый человек на всём протяжении своей жизни стоит перед необходимостью принимать решения, порой очень важные и нелёгкие, чреватые серьёзными последствиями. (13) Мать решает, как разумнее распорядиться делами ребёнка в сложной ситуации, и от её решения зависит будущее ребёнка. (14) Учитель решает вопрос о воспитании своих учеников, и от этого зависит, каким будет следующее поколение. (15) От решения, которое принимает врач, зависит здоровье, а порой и жизнь человека. (16) И каждый раз, принимая решение, человек берёт на себя ответственность за его последствия.

(17) Принимая решение, человек берёт на себя ответственность перед законом, перед людьми, перед совестью. (18) Нередко возникает желание уклониться от принятия решения, снизить свою ответственность. (19) Стремление уйти от принятия решения (и от ответственности!) довольно широко распространено, хотя и не всегда осознаётся. (20) Однако попытки переложить на кого-то принятие решения — это иллюзия, самообман. (21) Ведь это не чьё-то, а моё решение поступить так, как кто-то мне посоветовал (или даже приказал). (22) Значит, я (или в том числе и я) несу ответственность за последствия своих действий. (23) Это, впрочем, не значит, что не нужно следовать чужим советам.(24) Надо только помнить, что ты сам принял решение, чьему совету следовать, и сам отвечаешь за это решение.

(25) Так как же быть в ситуации, когда необходимо принять ответственное решение? (26) Нужно собрать друзей или коллег и принять решение коллективно?

(27) Но опыт показывает, что коллективно принятое решение (принятое по голосованию большинством) может оказаться хуже, чем решение любого участника этого голосования, если бы он был один и чувствовал на себе полную ответственность. (28) Такая попытка принятия «коллективного решения» ведёт к коллективной безответственности: любой участник голосования может разрешить себе не чувствовать на своих плечах полный груз ответственности.

(29) Но возможен другой тип совещания, когда задача его участников — изложить свои соображения и аргументацию, а задача руководителя — принять решение. (30) Такой совет, безусловно, полезен.

(31) Именно таким был знаменитый военный Совет в Филях в 1812 году. (32) После Бородинской битвы пытаться остановить французов значило для русской армии понести новые большие потери. (33) Кутузов склоняется к решению без боя сдать противнику Москву. (34) Война же, полагал он, всё равно будет выиграна.

(35) Однако вряд ли Кутузов считал, что при такой тактике победа обеспечена стопроцентно; ведь если бы это было так, то и Наполеон осознал бы это и не полез в ловушку. (36) Принимая решение, Кутузов брал на себя колоссальную ответственность перед историей, перед народом, перед Богом.

(37) И фельдмаршал собирает генералов на военный совет.(38) Он выслушивает мнения и, взвесив их, принимает решение — знаменитое «Приказываю отступать!». (39) Ответственность за это решение он целиком взял на себя.

(40) И в науке, и в экономике, и в политике наилучшие решения далеко не сразу получают всеобщее понимание и одобрение и легко могут быть отвергнуты большинством голосов. (41) Иногда разумно большинством голосов не решение принимать, а выбирать того, кому можно доверить и поручить поиск и принятие наилучшего решения.

(По И. М. Фейгенбергу)

Иосиф Моисеевич Фейгенберг (1922–2016) — психофизиолог, профессор, автор научных статей и книг.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Егор Полушкин был очень хорошим плотником, настоящим мастером своего дела.

2. Прораб, поручивший Егору копать траншею, не был доволен его работой.

3. Жена Егора Полушкина не осуждала его и поддерживала мужа во всём.

4. Полушкин согласен выполнять любую работу, если ему предоставлена возможность по-настоящему качественно её сделать.

5. Перемена мест работы для Егора Полушкина связана с тем, что он не способен терпеть недобросовестный подход к порученному делу, не согласен на заработок любой ценой.

(1) Когда вхожу в лес, я слышу Егорову жизнь. (2) В хлопотливом лепете осинников, в сосновых вздохах, в тяжёлом взмахе еловых лап. (3) И я ищу Егора. (4) Я нахожу его в июньском краснолесье — неутомимого и неунывающего. (5) Я встречаю его в осенней мокряди — серьёзного и взъерошенного. (6) Я жду его в морозной тишине — задумчивого и светлого. (7) Я вижу его в весеннем цветении — терпеливого и нетерпеливого одновременно. (8) И всегда поражаюсь, каким же он может быть разным — разным для людей и разным для себя. (9) И разной была его жизнь — жизнь для себя и жизнь для людей. (10) А может быть, все жизни разные? (11) Разные для себя и разные для людей? (12) Только всегда ли есть сумма в этих разностях? (13) Представляясь или являясь разными, всегда ли мы едины в своём существе?

(14) Егор был единым, потому что всегда был самим собой. (15) Он не умел и не пытался казаться иным — ни лучше, ни хуже. (16) И поступал не по соображениям ума, не с дальним прицелом, не для одобрения свыше, а по совести, так, как велела совесть.

(17) Вот не задалась у Егора Полушкина на новом месте привычная работа. (18) Правда, первых два месяца, когда топориком для Фёдора Ипатовича от солнышка до солнышка позванивал, всё вроде нормально шло. (19) Фёдор Ипатович хоть и руководил им, однако взашей не подталкивал, свою выгоду соблюдая. (20) Мастера торопить нельзя, мастер — сам себе голова: это всякий хозяин сообразит. (21) И хоть и бегал вокруг, и кипятил кровь, а особо подгонять не решался. (22) И Егор работал, как сердце велело: где поднажать, где передохнуть, а где и отойти, присесть на брёвнышко, на работу со стороны глянуть. (23) Да не торопливо, не в задыхе — спокойно, вглядчиво, на три цигарки. (24) За эту работу кормили его с семейством ежедень, штаны старые дали и домишко. (25) В общем, Егор не сетовал, не обижался: по закону, по сговору всё было сделано. (26) Полмесяца он в новом жилье устраивался, неделю радовался, а потом пошёл работу искать. (27) Не за ради дома да удобства родственника — за ради хлебушка.

(28) Плотник есть плотник: за ним всегда работа бегает — не он за работой. (29) Тем более что весь посёлок труд Егоров видел, да и петух, его топором сработанный, с конька на весь белый свет кукарекал. (30) Так что взяли Егора, можно сказать, с поясным поклоном в плотницкую бригаду местной строительной конторы. (31) Взять-то взяли, а через полмесяца…

— (32) Полушкин! (33) Ты сколько дён стенку лизать будешь?

— (34) Дык ведь это… (35) Доска с доской не сходится.

— (36) Тебе, что ль, тут жить? (37) У нас план горит, премиальные…

— (38) Дык ведь для людей же…

— (39) Слазь с лесов! (40) Давай на новый объект!

— (41) Дык ведь щели.

— (42) Слазь, тебе говорят!..

(43) Слезал Егор. (44) Слезал, шёл на новый объект, стыдясь оглянуться на собственную работу. (45) И с нового объекта тоже слезал под сочную ругань бригадира, и снова куда-то шёл, на какой-то самоновейший объект, снова делал что-то где-то, топором тюкал, и снова волокли его, не давая возможности сделать так, чтобы не маялась совесть. (46) А через месяц вдруг швырнул Егор казённые рукавицы, взял личный топор и притопал домой за пять часов до конца работы.

— (47) Не могу я там, Тинушка, ты уж не серчай. (48) Не дело у них — понарошка какая-то.

— (49) Ах горе ты моё, бедоносец юродивый!..

— (50) Да уж что уж. (51) Стало быть, так, раз оно не этак.

(52) Откочевал он в другую бригаду, потом в другую контору, потом ещё куда-то. (53) Мыкался, маялся, ругань терпел, но этой поскаковской работы терпеть никак не мог научиться. (54) И мотало его по объектам да бригадам, пока не перебрал он их все, что были в посёлке. (55) А как перебрал, так и отступился: в разнорабочие пошёл. (56) Это, стало быть, куда пошлют да что велят.

(57) И здесь, однако, не всё у него гладко сходилось. (58) Но в мае — только земля вздохнула — определили его траншею копать. (59) Прораб лично по верёвке трассу ему отбил, колышков натыкал, чтоб линия была, по лопате глубину отметил:

— Вот до сих, Полушкин. (60) И чтоб по ниточке.

— (61) Ну, понимаем.

— (62) Грунт в одну сторону кидай, не разбрасывай.

— (63) Ну, дык…

— (64) Нормы не задаю: мужик ты совестливый. (65) Но чтоб…

— (66) Нет тут вашего беспокойства.

— (67) Ну, добро, Полушкин. (68) Приступай.

(69) Поплевал Егор на руки, приступил. (70) Землица сочная была, пахучая, лопату принимала легко и к полотну не липла. (71) И тянуло от неё таким родным, таким ласковым, таким добрым теплом, что Егору стало вдруг радостно и на душе уютно. (72) И копал он с таким старанием, усердием да удовольствием, с каким работал когда-то в родимой деревеньке. (73) А тут майское солнышко, воробьи озоруют, синь небесная да воздух звонкий! (74) И потому Егор, про перекуры забыв, и дно выглаживал, и стеночки обрезал, и траншея за ним еле поспевала.

— (75) Молоток ты, Полушкин! — бодро сказал прораб, заглянувший через три часа ради успокоения. — (76) Не роешь, а пишешь, понимаешь!

(По Б. Л. Васильеву*)

*Борис Львович Васильев (1924–2013) — русский писатель.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Будучи гениальным музыкантом, отец Мстислава Ростроповича давал большие гастроли за рубежом.

2. Мстислав Ростропович прекрасно знал творчество своего отца — выдающегося музыканта.

3. Семья Ростроповичей переехала в Москву, чтобы отец мог ярче проявить себя как музыкант.

4. Артисты Малого театра оперы и балета взяли с собой на гастроли в Орск мальчика в качестве виолончелиста.

5. Мстислав Ростропович считал своего отца великим виолончелистом.

(1) Я весь в долгах. (2) Я в долгу перед Россией. (3) Хоть я и родился в Баку, где мои родители жили пару лет. (4) Кстати, когда я стал главным дирижёром «Американской симфонии» — Национального симфонического оркестра Америки, на пресс-конференции в клубе журналистов одна газетная дама решила продемонстрировать эрудицию и тоном, показывающим, что мне не удастся «скрыть тёмные пятна в моей биографии», спросила: «Вот вы говорите, что вы русский, а ведь на самом деле вы родились в Баку, значит, вы азербайджанец!» (5) Я говорю: «Ну и что?» (6) Если кто-нибудь родится в Антарктиде, это значит, что он пингвин?»

(7) Но мой долг перед Россией — это долг не перед советской властью, это долг перед людьми, которые меня окружали, которым я обязан всем, и прежде всего тем, что именно я получил то, что им не досталось.

(8) Мой отец был великим виолончелистом. (9) Без преувеличения. (10) Я до сих пор не могу играть так, как отец. (11) Он был гениальным музыкантом. (12) Он играл на рояле с листа, как мог это сделать редкий пианист. (13) Чтобы я имел представление о музыкальной литературе, он покупал ноты и, едва принеся домой, играл мне с листа Рахманинова, Чайковского, и это уже во время эвакуации! (14) Я писал в то время фортепианный концерт, и отец считал необходимым расширять мой кругозор.

(15) Как пианист он играл всего Шопена. (16) Он и сочинял. (17) У него написаны четыре концерта для виолончели. (18) А как виолончелиста его знали и певцы, и музыканты, и дирижёры. (19) Он выступал с Неждановой и Головановым, с Гольденвейзером и Игумновым. (20) Он и с Собиновым выступал, знал Шаляпина, у меня хранится соната Рахманинова с надписью отцу, есть письмо Глазунова из Парижа, в котором он пишет отцу: «Никогда не забуду ваше блистательное исполнение моей любимой сонаты Шопена для виолончели».

(21) Но он никогда не искал признания, оваций, денег, спокойно оставаясь в тени. (22) Он и в Москву-то переехал из-за меня, чтобы я мог учиться здесь у лучших учителей. (23) Хотя лучшего, чем он, учителя я не знаю. (24) Но мы приехали в Москву, в нищенство, жили здесь в коммунальной квартире, где, кроме нас, жило ещё, наверное, человек сорок, у нас была полутёмная комната в Козицком переулке. (25) Когда я после шестнадцати лет жизни за рубежом снова приехал в Москву, я разыскал эту квартиру, и оказалось, что комната, где мы когда-то жили, вообще нежилая, это и прежде, до нас, был какой-то чулан, и сейчас снова стала она чуланом, а ведь мы там жили вчетвером.

(26) Когда в 1942-м в эвакуации не стало отца, у меня началась депрессия, я не хотел больше жить. (27) Вот тогда-то меня и стали брать с собой на гастроли артисты Малого театра оперы и балета. (28) Они хотели меня спасти. (29) Зимой, в жуткий холод, они отправились в Орск с мальчиком, тащившим за спиной казённую виолончель номер восемь.

(30) Нас ехало шестеро, я всех помню по именам. (31) Там были Ольга Николаевна Головина, солистка, Изя Рубаненко, пианист, аккомпаниатор, Борис Осипович Гефт, тенор, мой опекун в дальнейшем, Коля Соколов и Светлана Шеина — пара из балета, взрослые люди, заслуженные артисты. (32) И я. (33) Вошли мы в общий вагон, мне досталась боковая полка, на которую я и лёг, потому что ехали мы в ночь. (34) И сразу же погасили свет в вагоне, и каждый из взрослых стал не раздеваться, а, напротив, что-то дополнительно на себя надевать. (35) Потому что одеяльца нам выдали прозрачные.

(36) Мне нечего было на себя надеть, да и та одёжка, в которой я пришёл, была аховая. (37) Я скорчился под своим одеяльцем, и поезд тронулся. (38) Я никак не мог согреться и понял, что уже не согреюсь, в вагоне становилось всё холоднее. (39) Ночь, мрак, как в каком-то круге ада, умерший отец позади, впереди неизвестность, я еду куда-то никому не нужный. (40) И я, помню, подумал, как было бы замечательно сегодня во сне умереть. (41) И перестал сопротивляться холоду.

(42) Проснулся я в полной темноте, оттого что мне было жарко. (43) Одеяло стало почему-то толстым и тяжёлым. (44) Я пальцами в темноте начал перебирать его и обнаружил, что всего на мне лежит шесть одеял.(45) Каждый из ехавших со мной, не сговариваясь, в темноте укрыл меня собственным одеялом.

(46) Позже, когда меня уже лишили гражданства, я говорил друзьям, которые требовали от меня злобы: а вот за эти одеяла я ещё не расплатился. (47) И, может быть, никогда не расплачусь. (48) Вот эти пять артистов, мой отец и масса других людей, согревавших меня каждый по-своему, — это и есть моя страна, и я ей должен до сих пор.

(По М. Л. Ростроповичу)

Мстислав Леопольдович Ростропович (1927–2007) — советский и российский виолончелист, пианист и дирижёр, общественный деятель, педагог.

Какие из высказываний НЕ соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Женька мог воспользоваться возможностью не заходить домой, пока не уйдёт его учитель математики, но решил присутствовать при разговоре Василия Васильевича с родителями.

2. Василий Васильевич считает, что влияние школы на детей гораздо сильнее, чем влияние родителей.

3. Отец Женьки равнодушно относится к неуспеху своего сына в школе.

4. Женькина мама готова оставить свою работу ради того, чтобы её единственный сын успешно сдал экзамены и окончил школу.

5. В разговоре родителей Женьки с учителем математики Василием Васильевичем было найдено взаимопонимание.

(1) Уже взявшись за ручку двери, Женька услышал густой перекатывающийся бас.(2) Дома его ждал гость столь неприятный, что хоть поворачивайся и уходи. (3) Может, и в самом деле побродить по улице, пока незваный гость не уйдёт?..

(4) Гость-то уйдёт, а проблема останется. (5) И Женька, открыв дверь, обречённо шагнул через порог навстречу гремевшему басу.

(6) Посреди комнаты стоял учитель математики Василий Васильевич, размахивал длинной рукой и ораторствовал. (7) Отец и мать, пришедшие с работы на обед, сидели вокруг застланного скатертью стола и почтительно слушали. (8) Василий Васильевич считался одним из самых умных людей в их посёлке городского типа.

(9) Мать не оглянулась в сторону сына, отец лишь стрельнул сердитым глазом. (10) Василий Васильевич покосился, но речи своей не прервал.

— (11) Нет от природы дурных людей, есть дурные воспитатели! — гремел Василий Васильевич, и оконные стёкла отзывались на его голос. — (12) Мы, учителя, не справляемся с воспитанием, даём брак… (13) Согласен! (14) Подписываюсь! (15) Но!.. (16) Ведь в школе ученик проводит всего каких-нибудь шесть часов в сутки, остальные восемнадцать часов — дома! (17) Законно спросить: чьё влияние сильней на ребёнка? (18) Нас, учителей? (19) Или вас, родителей?..

— (20) Вы хотите сказать, Василий Васильевич… — начал было отец Жени.

— (21) Хочу сказать, Фёдор Андреевич, — голос Василия Васильевича стал твёрд, лицо величественно, — что когда вы в ущерб семье с раннего утра до позднего вечера пропадаете на работе, то не считайте, что это так уж полезно для общества. (22) Обществу, уважаемый Фёдор Андреевич, нужно, чтобы вы побольше отдавали времени своему сыну, передавали ему то, чем сами богаты. (23) Да! (24) Вы трудолюбивы, вы работоспособны, а сын, увы, этого от вас не перенял. (25) Не перенял он вашу кипучую энергию, не перенял и ваше чувство ответственности перед делом. (26) Не обижайтесь за мою прямоту.

— (27) Да что уж обижаться — вы правы, сына вижу только поздно вечером, когда с ног валюсь, — отмахнулся огорчённо отец. — (28) И мать тоже с утра до ночи занята — в больнице у неё дел по горло.

— (29) Василий Васильевич, спасибо вам, — подала голос мать. — (30) Что в наших силах, то сделаем. (31) Как-никак он у нас один.

— (32) Ну и прекрасно! (33) Ну и превосходно!.. (34) А я, со своей стороны, уверяю вас, тоже приложу все усилия, чтобы экзамены были сданы если не отлично, но хотя бы хорошо… (35) Под прицелом будешь у меня, голубчик, под прицелом!

(36) Василий Васильевич заметно подобрел. (37) Он и вообще-то не умел долго сердиться, а уж после того, как поговорит, поораторствует, громко, всласть отчитает своих старшеклассников, всегда становится мирным и ласковым. (38) Всё это уже хорошо знали и молчали, когда он выражал своё возмущение их невысокой работоспособностью.

(39) Он ушёл успокоенный и великодушный, родители проводили его до дверей.

(40) Отец вернулся в комнату, пнул стул, подвернувшийся на пути, и навис над Женей.

— (41) Достукался! (42) Краснеть за тебя приходится. (43) Не-ет, я приму меры!.. (44) Я найду способ усадить тебя за рабочий стол!..

(45) Мать прислонилась к стене и позвала:

— Подойди ко мне.

(46) Отец сразу умолк, а Женя, весь внутренне сжавшись, подошёл к матери. (47) Он с детства больше боялся тихого голоса матери, чем крика отца.

(48) Мать положила ему на плечо руку и стала молча вглядываться, долго-долго, в углах губ проступали опасные морщинки.

— (49) Женя… — (50) И замолчала, снова стала вглядываться сыну в лицо.

(51) Наконец заговорила:

— У меня сейчас в больнице человек в тяжёлом состоянии. (52) Я сейчас уйду к нему и вернусь очень поздно… (53) И завтра я должна быть там, в больнице, и послезавтра… (54) Должна я спасти этого человека?

— (55) Должна, — выдавил Женя, в тон матери, тихо.

— (56) Я спасу этого, появятся другие. (57) И мне снова нужно будет спасать… (58) А может, мне лучше заняться тобой? (59) Ты здоров, но ты так глуп и ленив, что нужно следить, как ты готовишься к экзаменам, хватать тебя за руку, силой вести к столу…

— (60) Эх! — (61) В полном расстройстве отец пнул ногой стул. (62) Было ясно, что с таким же удовольствием он отвесил бы пинок уже переросшему его сыну.

(63) У Женьки сжалось горло.

— (64) Мам… (65) Я всё… (66) Я сам справлюсь со своими делами… (67) Не надо тебе о них думать.

(68) Мать сняла с плеча сына руку, отвела глаза, выпрямилась, как струна, и как будто вся внутренне собралась.

— (69) У меня сейчас сложнейшая операция. (70) Я очень волнуюсь.

— (71) Мам! (72) Я сам… (73) Вот увидишь.

— (74) А я всё-таки приму меры! (75) Не-ет, я на самотёк не пущу! — (76) Отец решительно направился к зазвонившему в этот момент телефону.

— (77) Слушаю! (78) Что — платформ нет? (79) Выкатку приостановить?! (80) Да вы представляете, что может произойти?! (81) Нужны платформы — кровь из носу!.. (82) Сейчас буду, без меня ничего не предпринимать!

(83) И отец, схватив папку с документами, вылетел из дома, забыв о Женьке.

(По В. Ф. Тендрякову)

Владимир Фёдорович Тендряков (1923–1984 гг.) — советский писатель, автор произведений о духовно-нравственных проблемах, о жизни в деревне.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. При первом знакомстве с учителем на школьников наибольшее впечатление произвела его необычная одежда.

2. Учитель математики стремился быть похожим на Наполеона, поэтому закладывал ладонь руки за борт пиджака.

3. На своих уроках Николай Иванович часто рассуждал о пользе математики, забывая о том, что нужно решать примеры.

4. На первом уроке, который проводил новый учитель математики Николай Иванович Иголкин, стояла тишина.

5. Рассказчику горько вспоминать о том, как он и его одноклассники относились к учителю математики.

(1) Однажды на урок алгебры вместо нашей математички пришёл новый учитель — мужчина. (2) От самого его появления, внешности и первых произнесённых слов на нас повеяло чем-то необычным.

(3) Представьте себе невзрачного, бледного — без единой кровинки в лице — человека, с сияющими глазами, в отутюженных брючках, кургузом пиджачке и при галстуке. (4) Галстук нас, дураков, просто сразил. (5) Ничего подобного мы до сих пор не видели. (6) Но галстук что! (7) Мы были совершенно ошарашены его вступительной речью. (8) Ничего подобного мы ещё не слыхивали.

(9) Новый учитель, Николай Иванович Иголкин, сразу обратился к нам:

— Мы будем с вами изучать математику! (10) Вы знаете, что это за наука? (11) Нет, вы не знаете, какая это наука! (12) Математика — это наука о строении Вселенной!

(13) Он стоял перед нами ну прямо как какой-нибудь Наполеон: одна рука — на столе, словно опирается на карту сражения, другая — за бортом пиджака. (14) Он так и вошёл — с одной рукой на груди, что придавало всей его не очень казистой фигуре горделивую и, как вы догадываетесь, немного смешную осанку.

— (15) Да, дорогие мои, всей Вселенной. (16) Волшебные сочетания сил и элементов, порядок и стройность в движении электронов и небесных светил, чудесные соотношения атомов, которые составляют материю, — всё это математика. (17) Это не сухая, не скучная наука. (18) Она позволяет решать самые сложные задачи, которые ставит перед нами физика и всё, с чем мы сталкиваемся в жизни. (19) Она даёт возможность сделать сложное простым и понятным. (20) Я буду учить вас находить красивые и ясные решения, прозрачные, как небо!

(21) Мой сосед по парте толкнул меня в бок. (22) На его лице было сложное выражение. (23) Это и ироническая ухмылка, как в ту минуту наверняка и у меня, и у остальных сорока гавриков нашего класса. (24) Это и удовольствие — ещё бы! (25) Не каждый день удаётся послушать подобные речи. (26) Наконец, физиономия его отражала затаённую надежду: может быть, этот невесть откуда свалившийся нам на голову поэт от математики не станет преследовать нас с такой въедливостью, как это делала математичка. (27) Вместо ежедневного решения задач и примеров будем вдохновенно рассуждать о красоте и ясности, о гармонии и разуме Вселенной!

(28) Скажу сразу, жестоко ошибся мой друг. (29) Новый учитель даже подкрутил гайки. (30) Если математичка ограничивалась простым заучиванием, то Иголкин добивался понимания того, что мы заучиваем, почему так, а не иначе решаем задачу.

(31) Не успели мы как следует прочувствовать его речь, как он изумил снова. (32) Нет, не словами. (33) Своей правой рукой, которую вынул из-за борта пиджака. (34) Вместо ладони с пальцами у него оказалась двупалая клешня. (35) Улыбки с наших лиц сдуло. (36) Мы, замерев, смотрели на эту клешню, на мел, который она держала и который выписывал на доске аккуратный и ровный ряд чисел.

(37) Урок начался. (38) Он прошёл при стойком оцепенении всего класса. (39) Мы, дети военных лет, хорошо понимали, что может стоять за этой страшной рукой.

(40) Ни о своём ранении, ни о пребывании на фронте Иголкин никогда не рассказывал. (41) Мы не знали, где он воевал, в каком звании, сколько, был ли ещё ранен, имел ли награды. (42) Учитель демонстративно игнорировал свою изувеченность. (43) Он работал, учил нас алгебре, геометрии и не давал спуску нерадивым и лентяям. (44) Он бы, несомненно, завоевал целиком и полностью наш класс, если бы не его манера высокопарно изъясняться. (45) Теперь-то я понимаю, что это происходило от его влюблённости в математику, от горячего желания привить эту влюблённость нам.

(46) Что и говорить, наш возраст, то, что нас, мальчишек, была такая орава, а учитель ничем не выдавал своих трудностей, даже упорно писал именно правой рукой, хоть это давалось ему очень нелегко, — всё это мешало проявлению добрых чувств. (47) Привыкнув к его руке, мы проявляли бездушие. (48) Я признаюсь в этом с горьким упрёком, и прежде всего самому себе.(49) Какие-то душещипательные эпизоды из прочитанных книг трогали чувствительные струны моего сердца, а живой человек, который находился рядом, понимания, сочувствия не вызывал.

(50) Мы проявляли жестокость… (51) Вывести Иголкина из себя нам ничего не стоило. (52) И нам было неведомо, отчего изуродованная рука нашего учителя вдруг багровеет. (53) Откуда нам тогда было знать, что это происходит от прилива душевной боли? (54) Но один самый обыкновенный подслушанный разговор перевернул наши души.

(55) Весной мы с одноклассниками, Фимой и Аликом, пошли в Струковский сад. (56) Этот городской сад, с густыми зарослями кустов, крутыми склонами, многочисленными тропинками, занимал большое пространство на высоком берегу Волги. (57) Сбежали мы друг за другом по одной такой тропке на склоне, налетев в самом низу, к общему восторгу, друг на друга, как вдруг Алик, отлетевший в кусты, поворачивается к нам и с вытаращенными глазами шепчет:

— Тихо. (58) Там Иголкин.

(59) Мы с Ефимом осторожно раздвигаем кусты и видим, что на дорожке, как раз под нами, идёт Иголкин с каким-то мальчишкой. (60) Мы замерли. (61) Они же, как нарочно, остановились.

— (62) Поедем мы с тобой на рыбалку, непременно поедем, — почему-то не очень весело говорил Иголкин, — вот погоди, спадёт вода, да и у меня в школе работы поубавится…

— (63) Ничего не поубавится! — сердито возразил мальчишка. — (64) И мама говорит, что ты с утра до вечера в школе пропадаешь, а у тебя здоровье… (65) Ты вон каждый вечер лекарства пьёшь. (66) И чего ты за них переживаешь? (67) Они же тебя терзают, просто изводят!

(68) «Терзают»… (69) «Изводят»… (70) Эти с горечью и гневом произнесённые маленьким мальчишкой слова как-то остро резанули. (71) Я воспринял их как слова, направленные непосредственно в нас. (72) И мне стало не по себе.

— (73) Они ещё несмышлёныши, — возразил наш учитель. — (74) Вроде тебя. (75) Ты пойми, ведь некоторые из них, совсем безнадёжные, стали понимать, соображать, у них появился интерес к математике. (76) Да, да, я вижу. (77) А ты лучше посмотри, как красиво!

(78) Он стоял в своей обычной горделивой позе, с правой рукой за бортом пиджака, и смотрел на реку, на заволжские дали. (79) Он словно возвращал нас к этой стихии, к этому врачующему душу простору, перед которым хотелось избавиться от всякой скверны. (80) Пусть её и не слишком много накопилось к тому времени в наших ребячьих душах, но избавиться хотелось решительно, полностью, раз и навсегда.

(81) Когда мальчишка взял Иголкина за руку и повёл прочь, мы услышали ещё несколько фраз.

— (82) А ты бы смог подбить три танка?

— (83) Хватит мне и одного.

— (84) А он сколько раз по тебе выстрелил?

— (85) Раза три, точно не помню…

(86) Голоса их поглотил весенний разноголосый шум сада. (87) Мы вылезли из кустов, спустились вниз на дорожку. (88) Играть расхотелось. (89) Не сговариваясь, присмиревшие, мы молча пошли к Волге…

(По И. Ф. Смольникову)

Игорь Фёдорович Смольников (род. в 1930 г.) — писатель, автор более двадцати книг, а также разнообразных очерков и статей, посвящённых преимущественно литературе и изобразительному искусству.