Смысловая и композиционная целостность текста

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. К папе обращались за помощью только его пациенты или бывшие товарищи по институту.

2. Вся семья с пониманием отнеслась к сложившейся ситуации и переживала за Игнатия.

3. Своим примером папа может повлиять на профессиональный выбор рассказчика.

4. Обследование, проведённое в папином институте, выявило отсутствие какой-либо болезни у Игнатия.

5. Мама Игнатия заплакала оттого, что не подтвердился страшный диагноз и её сын будет спасён.

6. Иногда ночью раздаются звонки — то слишком долгие, то слишком короткие. (2) Это из других городов: бывшие папины пациенты или его бывшие товарищи по институту. (3) Папа разговаривает с ними так, будто никто у нас дома ещё не ложился спать. (4) Мама удивляется, а папа сохраняет спокойствие. (5) Он объясняет это просто: «Люди знают, что именно в это время человека легче всего застать дома!»

— (6) Тебе нужно было бы стать защитником, — как-то сказала мама.

(7) Но папа продолжал работать хирургом.

(8) Когда опять раздались длинные тревожные звонки из другого города, мы все, конечно, проснулись. (9) Мама сказала мне: «Готовь раскладушку».

(10) Она не ошиблась, потому что папа через минуту сказал в трубку:

— Ну что за вопрос?! (11) Пусть приезжает… (12) Остановится прямо у нас.

— (13) Вот если бы он заболел, — папа кивнул в мою сторону, — разве ты не подняла бы тревогу?

(14) Мама вздохнула. (15) Она ничего не ответила. (16) Утром только спросила:

— А кто эта женщина... которая звонила тебе?

— (17) Дальняя родственница. (18) Знаю только, что… по отцовской линии, он. — (19) Впрочем, какое это имеет значение… если её мальчик серьёзно болен?

(20) Мальчик приехал через три дня. (21) Это был мужчина лет тридцати.

— (22) Понимаю, — сказал приезжий, — дальний родственник — это даже меньше, чем просто знакомый. (23) Я бы, честно говоря, не отважился к вам вторгаться. (24) Если бы они не сказали матери про этот свой «предполагаемый диагноз».

— (25) А что у вас… предполагают? — спросила мама. — (26) Какую болезнь?

— (27) Ту самую! — ответил приезжий, которого звали редким именем Игнатий.

(28) На следующий день рано утром папа повёл Игнатия в какой-то институт, а оттуда к себе в больницу.

— (29) Вечером вы узнаете о результатах, — сказал нам папа.

— (30) Нет, позвони мне на работу, — сказала мама. — (31) Если я вдруг выйду из комнаты, передай: всё хорошо.

— (32) Мне тоже сообщите, пожалуйста, — попросил я. (33) Папа кивнул.

(34) В тот день бабушка никому не звонила. (35) Она ждала. (36) И я ждал.

(37) Наконец мы дождались: позвонил папа. (38) Обычно бабушка не любит, когда я вмешиваюсь в дела взрослых. (39) Но тут она сама стала передавать мне каждую папину фразу.

— (40) Этого у Игнатия нет. (41) Точно установили. (42) Он болен серьёзно. (43) Надо делать сложную операцию. (44) Но этого нет!

— (45) Слава богу! — сказала бабушка. (46) Она пошла в комнату и легла на диван. (47) У неё был усталый вид. (48) И я тоже как-то сразу устал…

(49) Но когда через полчаса или минут через сорок раздались звонки — слишком длинные и слишком короткие, я бросился в коридор и схватил трубку.

— (50) Это городок, где живёт Игнатий, — сообщил я бабушке. — (51) Велели не вешать трубку и ждать. (52) Я первый скажу его матери… (53) Первый!

— (54) А сын моей соседки никогда не перебегает дорогу старшим, — сказала бабушка.

(55) Отсюда я должен был сделать вывод, что трубку надо отдать ей. (56) Но я такого вывода не сделал. (57) А она не встала с дивана, только вопросительно приподняла голову… (58) Она уступила мне.

— (59) Он будет жив и здоров! — отчаянно крикнул я в трубку. — (60) Этого у него нет. (61) Точно установили! (62) Этого нет. (63) Клянусь своим здоровьем! (64) И вашим тоже!..

(65) Мать Игнатия заплакала на другом конце провода.

(66) В школе мы часто пишем сочинения на тему «Кем быть?».

(67) Чтобы не повторяться, я один раз написал, что мне очень хочется стать геологом, в другой раз, что хочется стать биологом, а в третий, что хочется стать космонавтом. (68) Но на самом деле я ещё не выбрал профессию.

(69) В тот день мне тоже было неясно, кем я в будущем стану. (70) «Но как это здорово, — думал я, — выйти из операционного или из рентгеновского кабинета, увидеть глаза матери, которые прямо остановились от страха и ожидания, устало так улыбнуться и тихо сказать: „Он будет жив… и здоров. (71) Не волнуйтесь… (72) Он будет жить!“»

(По А. Г. Алексину*)

*Анатолий Георгиевич Алексин (1924–2017) — советский писатель, сценарист и драматург; автор книг для детей и юношества. Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. День был пасмурным и дождливым, поэтому он показался папе серым.

2. Папа с сыном не первый раз проводили выходные вдвоём.

3. Папа не хотел ехать в зоопарк, потому что там невозможно купить животных.

4. Мальчику всё время приходилось задирать голову, чтобы рассмотреть птиц.

5. Папа с сыном поехали на Птичий рынок, чтобы поднять себе настроение.

(1) Как я и думал, мамы не было дома. (2) Она давно-давно, когда ещё была жива бабушка, договорилась с папой, что воскресенье до обеда — её день. (3) Мы с папой на это время были предоставлены сами себе.

— (4) Дождя нет. (5) Надо вставать и куда-нибудь идти, — сказал я.

(6) Папа скосил на меня глаза и ничего не ответил.

— (7) Ну, как прошла неделя? — (8) Папа молчал. — (9) Больше было плохого или хорошего?

— (10) Было и хорошее, и плохое, — наконец откликнулся папа. — (11) Но, в общем, вся неделя была серой. (12) Серость — это самое худшее из всего, что может быть. (13) По-моему, не случайно пауки и крысы… бр-р… серые…

— (14) А слоны? — возразил я.

— (15) Слоны — серебряно-серые. (16) Это совсем другое дело. (17) И дирижабли, и самолёты тоже серебряно-серые, — уточнил папа.

(18) Когда мы пошли умываться, я продолжил тему разговора.

— (19) Значит, всё-всё было серым? (20) И дела тоже?

— (21) Раз мысли серые, значит, и дела серые.

— (22) Ну а погода?

— (23) Я, кажется, сказал, что серым было всё!

— (24) Ты что-то путаешь, — заметил я, — погода на этой неделе была солнечная. (25) Ни тучи, ни дождинки.

— (26) Будем стоять здесь и беседовать? (27) Хочешь, чтобы и воскресенье было серым? (28) Смывай быстрей мыло!

— (29) А может, ты сам виноват, что всё было серым? — догадался я.

(30) Позавтракав, папа кое-что решил.

— (31) Я понял, что мы должны сделать! (32) Даже не сделать, а совершить! (33) Что-нибудь необычное! (34) И тогда вся серость исчезнет.

— (35) Понимаешь, почему мне неохота в зоопарк? (36) Зверей и птиц там полно, а купить — ну хотя бы змею — нельзя, — сказал папа. — (37) Поэтому мы поедем на Птичий рынок.

— (38) Что же необычного на рынке? — спросил я.

— (39) Всё! — крикнул папа.

(40) Мы доехали на метро до Таганки. (41) Мимо нас на эскалаторе спускались вниз люди — и взрослые, и мальчишки, держа в руках баночки, прозрачные мешочки, аквариумы, мешки и клетки. (42) Клетки были пустые и с голубями, аквариумы — с рыбками и без рыбок.

(43) Около ворот рынка нас сразу же подхватила пёстрая толпа. (44) Было тесно, но не так, как по утрам в метро, и никто не спешил.

(45) Вдруг мы попали в самую толкучку, и мне всё время приходилось задирать голову.

(46) Каких только рыбок тут не было! (47) Их носили и в стаканчиках, и в полиэтиленовых мешочках, и в банках из-под горчицы и томатного сока, и в каких-то зеленоватых прямоугольных сосудах, похожих на куски льда.

(48) Потом мы ходили вдоль бесконечных рядов, уставленных аквариумами, тазами с живым кормом для рыбок и мешочками с сухим.

— (49) Давай заведём бойцовых! — сказал я папе.

— (50) Подожди, сначала всё посмотрим.

(51) Потом мы смотрели на кроликов, и мне не надо было задирать голову, как на рыбьей толкучке.

(52) Кролики лежали в корзинках, в картонных коробках и самодельных загонах из дощечек. (53) Одни спали, другие хрустели морковкой и капустными листьями, а некоторые смотрели на меня, привстав на задние лапки, и, поводя длинными ушами, смешно топорщили губы.

— (54) Ну, правда, здесь необычно? — то и дело весело спрашивал отец, и я светился от счастья и кивал головой.

(55) Потом мы очутились на голубиной толкучке. (56) И нам сразу бросилось в глаза, что голубей там было гораздо больше, чем людей, и казалось, что это они разговаривают и торгуются, а голубятники тихо курлыкают.

(57) Папа брал голубей в руки, расправлял им крылья, дул в пёрышки, осторожно тянул за клюв, потом приценялся и уводил меня за руку дальше.

(58) Мы пошли дальше, туда, откуда всё громче доносился до нас птичий свист.

— (59) Ну а теперь тебе всё не кажется серым? — спросил я у папы.

— (60) Пожалуй, нет: мир расцвёл. (61) «Всё стало вокруг голубым и зелёным…» — пропел папа и потащил меня за руку к воротам, совсем в другую сторону от птичьего свиста…

(62) Мне было радостно, что мы с папой не потеряли друг друга в такой огромной толпе, и купили щенка, и идём домой, где наша мама, наверно, уже готовит вкусный обед и не знает, что теперь нас будет четверо: папа, мама, щенок и я.

(По Ю. Алешковскому*)

• Юз Алешковский (настоящее имя — Иосиф Ефимович Алешковский; 1929–2022) — русский прозаик, поэт и сценарист, автор-исполнитель песен.

Какие из высказываний НЕ соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Дым работал на заводе.

2. Тучка, кудрявая и пушистая, в розовой шали и ожерелье из солнечных осенних лучей, была очень красивой.

3. Дым всё больше смущался, пытаясь познакомиться с Тучкой.

4. Действие сказки-притчи разворачивается ранней осенью.

5. Тучка была несколько легкомысленной, поэтому не сразу обратила внимание на то, что Дым начал таять буквально на глазах.

(1) В топке была жаркая работа, и Дым после смены захотел немного проветриться. (2) Он вышел из трубы, подумывая, чем бы таким заняться, но, не найдя ничего лучшего, решил просто подышать свежим воздухом. (3) «Оно и приятно, — размышлял Дым, — и полезно. (4) Врачи, во всяком случае, советуют…»

(5) Дым уже начал было дышать — спокойно, размеренно, по всем правилам медицины, — но вдруг что-то сдавило ему дыхание. (6) Даже посторонний наблюдатель сразу бы заметил, что с Дымом происходит неладное: он словно замер на месте и неотрывно смотрел в одну точку… (7) Собственно говоря, это была не точка, а тучка, маленькая белая тучка на ясном весеннем небе.

(8) Она была очень красива, эта Тучка, кудрявая и пушистая, в голубой небесной шали и ожерелье из солнечных лучей. (9) Так что нечего удивляться, что Дым на неё загляделся.

(10) Говорят, нет дыма без огня, и наш Дым вовсе не был исключением из общего правила. (11) При виде Тучки он почувствовал в себе огонь и — устремился к ней.

— (12) А вот и я! — выпалил Дым с бухты-барахты, примчавшись к Тучке и глядя на неё во все глаза. — (13) Хотите со мной познакомиться?

(14) Тучка поморщилась.

— (15) Вы что — пьяны? — спросила она. — (16) Что вы ко мне пристаёте?

(17) Дым смутился.

— (18) Я не пристаю, — пробормотал он. — (19) И я вовсе не пьян. (20) Просто… хотел… познакомиться.

(21) У Дыма был очень растерянный вид, и это немножко успокоило Тучку.

— (22) Поглядите на себя, на кого вы похожи, — сказала она. — (23) Разве в таком виде представляются даме?

(24) Дым послушно посмотрел на себя. (25) Да, Тучка была права: грязный, растрёпанный, весь в саже и копоти, Дым не производил благоприятного впечатления.

— (26) Извините, — прошептал он. — (27) Я только что со смены. (28) У нас на заводе…

(29) Вероятно, Дым всё же сказал бы, что там было у них на заводе, но тут появился Ветер. (30) Если бы он просто появился! (31) Нет, он сразу же бросился к Тучке, схватил её довольно бесцеремонно и поволок. (32) А Тучка прижалась к нему, словно только его и ждала всё это время.

(33) И тогда Дым начал таять. (34) Он таял буквально на глазах, и, если бы Тучка была повнимательней, она бы, конечно, это заметила.

(35) Но она не была внимательной, эта белая Тучка. (36) Она привыкла парить в небесах, и какое ей было дело до Дыма с его заводом, с его будничными заботами?… (37) Она прижималась к Ветру и уже совсем забыла о Дыме.

(38) А Дым всё таял и таял. (39) И вот уже он исчез, как дым, — то есть, как и всякий другой дым исчез бы на его месте.

(40) И только теперь Тучка о нём пожалела. (41) Только теперь она почувствовала, что свежесть Ветра — ещё не всё, что он слишком резок и вообще у него ветер в голове.

(42) Дым был другим. (43) Он был серьёзней и мягче, он смущался, робел, он хотел что-то рассказать Тучке о своём заводе… (44) Теперь Тучка никогда не узнает, что он хотел ей рассказать.

(45) От одной этой мысли можно было расплакаться. (46) И Тучка заплакала. (47) Она плакала горько и тяжело, плакала до тех пор, пока всю себя не выплакала.

(По Ф. Д. Кривину)

Феликс Давидович Кривин (1928–2016) — советский и российский прозаик, поэт и сценарист, писатель-фантаст, радиожурналист, педагог.

Какие из высказываний НЕ соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. Когда слушаешь пение косцов, кажется, что нет, да никогда и не было, ни времени, ни деления его на века, на годы в серединной, исконной России.

2. Работа косцов заканчивалась сразу после полудня, когда солнце заходило в красивые лёгкие облака, смягчая синь за дальними извалами полей.

3. Прелесть русской песни заключается в том несознаваемом, но кровном родстве, которое есть между человеком и всей русской природой.

4. Куда бы ни забросила судьба русского человека, всегда будет над ним родное небо, нет ему подлинной разлуки с беспредельной родной Русью.

5. При всём очаровании песни, идущей из самой души, при её неизбывной радости всегда эта песня несёт какую-то безнадёжность, свойственную только русскому человеку.

(1) Мы шли по большой дороге, а они косили в молодом берёзовом лесу поблизости от неё — и пели, и весь берёзовый лес, ещё не утративший густоты и свежести, ещё полный цветов и запахов, звучно откликался им.

(2) Кругом нас были поля, глушь серединной, исконной России. (3) Было предвечернее время июньского дня… (4) Старая большая дорога, заросшая кудрявой муравой, изрезанная заглохшими колеями, следами давней жизни наших отцов и дедов, уходила перед нами в бесконечную русскую даль. (5) Солнце склонялось на запад, стало заходить в красивые лёгкие облака, смягчая синь за дальними извалами полей и бросая к закату, где небо уже золотилось, великие светлые столпы, как пишут их на церковных картинах… (6) Казалось, что нет, да никогда и не было, ни времени, ни деления его на века, на годы в этой забытой — или благословенной — Богом стране. (7) Они шли и пели среди её вечной полевой тишины, простоты и первобытности с какой-то былинной свободой и беззаветностью. (8) И берёзовый лес принимал и подхватывал их песню так же свободно и вольно, как они пели.

(9) Неделю тому назад они косили в ближнем от нас лесу, и я видел, проезжая верхом, как они заходили на работу, пополудновавши. (10) Они бодро сбегались к месту с белыми, блестящими, наведёнными, как бритва, косами на плечах, на бегу вступали в ряд, косы пустили все враз, широко, играючи, и пошли, пошли вольной, свободной чередой.

(11) Теперь они пели, а мы стояли и слушали их, чувствуя, что уже никогда не забыть нам этого предвечернего часа и никогда не понять, а главное, не высказать вполне, в чём такая дивная прелесть их песни.

(12) Прелесть её была в том, что никак не была она сама по себе: она была связана со всем, что видели, чувствовали и мы, и они, эти рязанские косцы. (13) Прелесть была в том несознаваемом, но кровном родстве, которое было между ними, и нами, и этим хлебородным полем, что окружало нас. (14) Этим полевым воздухом, которым дышали и они, и мы с детства. (15) Этим предвечерним временем и облаками на уже розовеющем западе. (16) Этим свежим, молодым лесом, полным медвяных трав по пояс, диких несметных цветов и ягод, которые они поминутно срывали и ели. (17) И этой большой дорогой, её простором и заповедной далью. (18) Прелесть была в том, что все мы были дети своей Родины и были все вместе, и всем нам было хорошо, спокойно и любовно без ясного понимания своих чувств, ибо их и не надо, не должно понимать, когда они есть. (19) И ещё в том была (уже совсем не сознаваемая нами тогда) прелесть, что эта Родина, этот наш общий дом была Россия и что только её душа могла петь так, как пели косцы в этом откликающемся на каждый их вздох берёзовом лесу.

(20) Прелесть была в том, что это было как будто и не пение, а именно только вздохи, подъёмы молодой, здоровой, певучей груди. (21) Пела одна грудь, как когда-то пелись песни только в России и с той непосредственностью, с той несравненной лёгкостью, естественностью, которая была свойственна в песне только русскому. (22) Чувствовалось — человек так свеж, крепок, так наивен в неведении своих сил и талантов и так полон песнью, что ему нужно только легонько вздыхать, чтобы отзывался весь лес на ту добрую и ласковую, а порой дерзкую и мощную звучность, которой наполняли его эти вздохи. (23) И прекрасны совершенно особой, чисто русской красотой были те чувства, что рассказывали они своими вздохами и полусловами вместе с откликающейся далью, глубиной леса.

(24) В чём ещё было очарование этой песни, её неизбывная радость при всей её будто бы безнадёжности? (25) В том, что человек всё-таки не верил, да и не мог верить, по своей силе и непочатости, в эту безнадёжность.

(26) «Ты прости-прощай, родимая сторонушка!» — говорил человек и знал, что всё-таки нет ему подлинной разлуки с нею, с Родиной, что, куда бы ни забросила его доля, всё будет над ним родное небо, а вокруг — беспредельная родная Русь, гибельная для него, балованного разве только своей свободой, простором и сказочным богатством.

(27) Ещё одно, говорю я, было в этой песне — это то, что хорошо знали и мы, и они, эти рязанские мужики, в глубине души, что бесконечно счастливы были мы в те дни, теперь уже бесконечно далёкие — и невозвратимые...

(По И. А. Бунину)

Иван Алексеевич Бунин (1870–1953) — русский писатель, поэт, переводчик, лауреат Нобелевской премии по литературе.

Какие из высказываний НЕ соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

1. В детстве рассказчик играл в Робинзона Крузо, вытёсывая лодку и катаясь на ней по воде.

2. Чтобы попасть в сад, рассказчик в детстве поднимался на второй этаж дома, расположенного на холме.

3. В дуэли между Онегиным и Ленским, разыгрываемой в детском саду, рассказчик был Евгением Онегиным.

4. Своими прекрасными вокальными данными рассказчик обязан прослушиванию в детстве пластинок и исполнению записанных на них арий.

5. Мечта поплавать на листе тропического растения виктория регия осуществилась, когда рассказчик стал весить больше 25 килограммов.

(1) В прежние годы было больше снега, и в детском саду мы только тем и занимались, что скатывали гигантские шары, толкая их втроём, а то и вчетвером. (2) Тогда-то я осознал, что значит нарастать, как снежный ком. (3) Катимый нами ком с хрустом пожирал весь выпавший снег, оставляя за собой неровные, чёрные от прошлогодней листвы, дорожки. (4) Проблема состояла в том, что потом мы не могли поставить один ком на другой. (5) Это было наказанием за гигантоманию. (6) Сами себе мы напоминали Робинзона Крузо, вытесавшего лодку, которую не смог дотащить до воды. (7) Чудовищных размеров колобки стояли до конца зимы и из всего, что в нашем саду было снежного, таяли последними.

(8) Если быть точным, то детский сад у меня был не один, а два. (9) Первый из них в силу возраста я помню смутно…

(10) Второй детский сад как бы поглощает первый, но имеет, по сути, на это все права. (11) Этот детский сад соответствовал своему названию в полной мере, потому что дети там гуляли в самом настоящем саду.

(12) Для того чтобы в него попасть, следовало свернуть с улицы во двор и, войдя в одну из парадных, подняться на второй этаж. (13) Вход в детский сад открывала обычная квартирная дверь. (14) Дом стоял на небольшом холме, который в условиях городской застройки совершенно не был виден. (15) Между тем, даже закрытый домами, холм оставался на месте и продолжал своё тайное существование. (16) Он открывался лишь тому, кто, поднявшись на второй этаж, выходил с противоположной стороны дома. (17) С этой стороны второй этаж становился первым. (18) И там был выход в сад.

(19) Сад, если мне не изменяет память, был фруктовый, а по периметру его росли акации. (20) Вместе с холмом сад продолжал набирать высоту, но, поскольку дело шло уже к вершине холма, подъём был не очень заметен. (21) По крайней мере, я не помню, чтобы перемещение по саду воспринималось бы как движение вверх или вниз. (22) Именно в этом саду лепили снежных баб — зимой, а летом были другие занятия.

(23) Например, дуэли. (24) Точнее, одна дуэль, разыгрывавшаяся бессчётное количество раз, — между Онегиным и Ленским. (25) Актёрский состав был стабильным: я и какой-то мальчик, чьего имени уже не помню. (26) Побывав с родителями на «Евгении Онегине», оба мы были потрясены до глубины души. (27) Любовная коллизия нас оставила тогда равнодушными, но грозное «Теперь сходитесь!» произвело неизгладимое впечатление.

(28) В сцене дуэли я, в соответствии с именем, играл Онегина, а мой товарищ (уж не Владимир ли?) — Ленского.

(29) Предполагаемый Владимир был толст и после моего выстрела падал крайне неловко. (30) Он осторожничал, выбирал место на траве и зачем-то хлопал себя по ляжке. (31) Я неоднократно показывал, как ему следует действовать, говорил, что здесь уж не выбирают, куда падать, но всё было тщетно. (32) Покачавшись на полусогнутых ногах, он сначала касался земли рукой, а потом под треск сучьев валился на бок.

(33) Любовную сторону «Евгения Онегина» я открыл уже не в детском саду — как и волшебную музыку этой оперы. (34) Мне купили пластинку, и я слушал её, пожалуй, чаще, чем стрелялся в своё время с Ленским. (35) Выучив на память все арии, я пел их в меру своих скромных возможностей. (36) И даже сейчас, когда я редко что-либо слушаю (и уже совсем не стреляюсь), в дружеской компании всё ещё могу что-то изобразить. (37) Не уверен, что друзьям моё пение доставляет удовольствие, но на то они и друзья, чтобы идти на определённые жертвы. (38) Корни же этого сомнительного вокала восходят, несомненно, к моим оперным дуэлям.

(39) Детский сад был маленькой моделью жизни, в которой дни славы и успеха чередуются с периодами неудач.

(40) Большим разочарованием была неосуществлённая мечта поплавать на листе тропического растения виктория регия. (41) Где-то я прочитал, что такой лист выдерживает вес до 25 килограммов и потому-де тропические дети спокойно пользуются им как лодкой. (42) Я мечтал об этом долго — класса до второго-третьего, с тоской осознавая, что неумолимо набираю вес. (43) А потом жизнь как-то расширилась, прибавила в красках, и мечта моя исчезла сама собой.

(44) Завершая рассказ о моём детском саде, скажу, что, несмотря на обилие яблонь, он, конечно же, не был райским садом. (45) Но в том, как последний раз лязгнули за мной его двери, обозначилось неожиданное сходство с дверями рая. (46) Я больше не имел права на этот сад. (47) Его, скрытого за домом, забором, акациями, я не мог даже увидеть. (48) Мне кажется, что, будучи изгнаны из рая, Адам и Ева страдали не только оттого, что там было хорошо, а здесь — плохо, но и от мысли, что туда уже нет возврата.

(49) Тяжело знать, что куда-то уже не вернуться или чего-то уже не вернуть: это проклятие временем и пространством. (50) Проклятие, если о более частном, — мешками под глазами, нависшим над ремнём животом, ну и в широком смысле — опытом, теми вещами, которые увеличиваются независимо от нашего желания. (51) Я давно не взвешивался, но отчётливо осознаю, что это будет больше 25 килограммов. (52) Понятно, что виктория регия поплывёт без меня. (53) А счастье было так возможно… (54) Впрочем, оглядываясь на то бесконечно далёкое время, я понимаю теперь, что оно-то и было счастьем.

(По Е. Г. Водолазкину)

Евгений Германович Водолазкин (род. в 1964 г.) — российский писатель, литературовед, доктор филологических наук.